Благотворительность России
Вход на сайт
Имя пользователя :
Пароль :

 Чужой компьютер

 

Восстановление пароля
    Благотворительность » История благотворительности » Оздоровительные и лечебные учреждения для детей


Фонд помощи детям больным раком
Многие благотворительные Общества содержали как летние приюты, колонии, так и постоянно действующие санатории для ослабленных детей. К сожалению, в малообеспеченных петербургских семьях таких в те годы было немало, о чем красноречиво говорилось, например, в воззвании перед сбором в пользу Общества попечения о бедных и больных детях:

«А детей, нуждающихся в твоей, брат, помощи в Петербурге — масса. Только внимательно посмотри кругом и увидишь. Здесь дети от нищеты, от неимения насущного хлеба, от невозможности при болезнях как-либо полечиться мрут... в большом количестве. Там после смерти кормильца больная вдова с четырьмя-пятью или шестью сиротами остается без куска хлеба. Бедная вдова не может даже оставить ребятишек без присмотра, на одной кровати — в углу ютятся пятеро — голодные, несогретые, разве омоченные горькими слезами матери, без одежонки, без обуви, без матрасика, без одеяльца, а питаются, как птицы небесные, что Бог даст, да добрые люди принесут. А вдруг умирает и мать. Крошки не знают, что и поделать, а тут как раз безжалостная хозяйка выгоняет их... без одежды на улицу — зимою, чтобы... им помереть с холоду-голоду или чтобы добрые люди приютили изгнанных, накормили и пристроили к какому-нибудь делу. Там или хозяин, или отец, мать или кто-либо бьют, мучают детей и под конец убивают или их самих, или в них всякую совесть. Тяжело становится на сердце за этих малюток, а это истинные факты. И много, много таких случаев — и везде на помощь является Общество. И стоит только побольше остановить наше христианское внимание на подобных фактах, чтобы появилось в нас желание спасти детей и раскрылось бы наше сердце для благотворения, для милости: „блаженны милостивые"».

Два санатория для слабосильных детей содержало Общество попечения о бесприютных детях, а санаторий имени Колачевских — Общество попечения о сестрах Красного Креста. Несколько летних колоний, дач находилось также в ведении Императорского Человеколюбивого общества. Во многих санаториях лечение, разнообразные оздоровительные процедуры сочетались со школьными занятиями. Так, в „Отчете Сестрорецкой детской санатории имени супругов С. Н. и Е. В. Колачевских" за 1913 и 1914 гг. (Пгр., 1916) говорилось: „Учебные занятия с детьми, находящимися в санатории, велись учительницей А. Д. Петровой (с 9 час. утра до 5 '/2 час. вечера). Все учащиеся разделены на шесть групп, из которых каждая занимается в день только по часу. Старшая группа — 2 мальчика. В течение года закончили историю Нового Завета, проходят Богослужение. По русскому языку — прошли синтаксис, делают разбор по частям речи и разбор предложения, пишут диктовки, изложение рассказов. Математика — окончив простые дроби, перешли к десятичным. Проходят русскую историю, географию России, историю Древней Греции. Следующая группа состоит из шести человек; в течение года она изменялась несколько раз. Двое из этой группы проходят русскую историю и начальную географию. Третья и четвертая группы проходят одно и то же, но разделены потому, что находятся в разных зданиях. Пятая и шестая группы — начинающие, несколько детей читают уже свободно, остальные по складам; пишут под диктовку отдельные слова, пересказывают небольшие рассказы, прочитанные учительницей, решают задачи в пределах 10; учат молитвы, стихотворения".

Одной из целей Русского общества охранения народного здравия являлась „забота об укреплении здоровья детей — в виде детских лечебных колоний". Первое российское лечебное заведение такого рода было открыто в Ораниенбауме, в 1872 году, великой княгиней Екатериной Михайловной. Называлось оно „Приют для выздоравливающих детей". В 1881 году по почину доктора Вебера была открыта Старорусская детская лечебная колония, где отдыхало и лечилось немало детей из Петербурга. Значительная сумма на ее открытие была собрана при помощи публичных лекций, концертов, пожертвований и т. п. Крупное пожертвование И. Д. Ковригина, сделанное позже, позволило ежегодно помещать в колонию 10 детей на проценты с этого капитала. Позже появились „колонии в Аренсбурге, Гажале, Друскениках, Ревеле и Старой Руссе".

Разумеется, в развитии этого дела были и свои трудности. Один из родителей писал: „Знакомый врач... объяснил мне, что в этом году колония едва состоялась на 52 человека... Что публика убийственно равнодушна к их делу, и общество Охранения народного здравия едва смогло установить 10 бесплатных вакансий для круглых сирот-бедняков... Что платные вакансии тоже недороги, а именно: 70 руб. в лето, с лечением, водами и ваннами, с полным пансионом и даже репетиторством для тех детей, для которых признают не вредным заниматься..." Однако даже в самых непростых условиях эта благородная деятельность давала замечательный эффект.

Дети в колонии принимались „с золотухой, ревматизмом, страданиями костей и суставов, общим упадком питания", в возрасте 4-15 лет. Отец, отправляя сына в колонию, „едва сдерживал слезы при виде тех групп больных детей, которых бодро и обязательно принимали несколько врачей... для отправки в Старую Руссу. Одни из них сидели, другие лежали, бледные и унылые с восковыми лицами и худенькими ручонками, некоторые были на костылях..." И вот какая разительная перемена ждала его летом: «На шее у меня повис, как мне показалось в первую секунду, чужой ребенок, но горячие слезы радости и страстные поцелуи убедили меня, что это мой бывший хворун, теперь уже вполне окрепший веселый мальчик. Началось быстрое, прерывистое повествование о том, „как у них хорошо, какие пахучие ванны он принимает, как его никто ни в чем не стесняет, сколько места в саду и спальнях, как хороши сырники, которых дают на ужин по три штуки, как весело на базаре, куда иногда берет его с собой сестра хозяйка..., какие старинные образа в их церкви и какой восхитительный вид с колокольни на весь город и т.п." Словом, расспрашивать и узнавать уже не приходилось ничего — мальчик говорил без умолку». Как говорилось в другой работе, „общий процент выздоровления сравнительно высок: выздоравливает около 52%, поправляются 65% и остаются без улучшений 5%."

В самом Петербурге попечением принца Петра Георгиевича Ольденбургского в 1864 году была открыта больница „для больных детей всех сословий и преимущественно недостаточных родителей". Причем здания больницы и их оборудование соответствовали самым высоким стандартам: в 1876 году планы здания больницы и образцы используемой в ней мебели были представлены на Брюссельскую международную выставку, и Ведомству Императрицы Марии была присуждена высшая награда „за прекрасное устройство этой больницы"... В трех ее зданиях (главном, отдельном, летнем) размещалось 57 палат, приспособленных для приема от 200 до 250 больных детей. „Посредством прекрасно устроенной вентиляции, на каждую кровать добывается в час от 6 до 8 кубических сажен свежего воздуха, который согревается и получает влажность в пневматических камерах подвального этажа здания".

Таким образом, со второй половины XIX века у детей даже из самых нуждающихся слоев общества появился реальный шанс поправить свое здоровье — либо бесплатно, либо за совсем малую плату.

При подготовке статьи использованы следующие издания: „Отчет Сестрорецкой детской санатории имени супругов С. Н. и Е. В. Колачевских" за 1913 и 1914 гг. (Пгр., 1916); Л. И. (Блох)-Дуговская „Куда везти больных детей" (СПб., 1913); „Два дня в детской лечебной колонии" (СПб.. (1893]); „Где больше заботятся о слабосильных детях — в России или на Западе (доклад доктора А. А. Тицнера)" (СПб., 1896); „IV отделение Собственной Е. И. В. Канцелярии" (СПб., [1879)).
 
Опека г. Касимова